Мама требует, чтобы мы продали твою квартиру, чтобы погасить долг Кати, — сказал Витя жене, как только переступил порог.
Марина застыла. Однокомнатная квартира на окраине города была всем, что ей осталось от бабушки.
— Что ты сказал? Причём здесь моя квартира?
— Ты меня слышала. У Кати серьёзные проблемы. Она должна четыре миллиона.
— Четыре миллиона?! — Марина схватилась за спинку стула. — На что она их потратила?
— Она купила айфон, ноутбук, одежду. Съездила на Мальдивы… — Витя опустил голову. — Мама говорит, что твоя однокомнатная квартира — единственный выход.
— Обсуждать нечего, — резко ответила Марина. — Я квартиру не продаю. Пусть Катя объявляет банкротство.
— Мама сказала, если не поможем, она отвернётся от нас.
— А если помогу я, я отворачиваюсь от тебя. И от всей твоей семьи.
В тот вечер они пошли к Юлии Николаевне, матери Вити. Катя сидела на диване с заплаканными глазами и, увидев Марину, бросилась к ней.
— Мариночка, спаси меня! Они звонят каждый час, угрожают мне!
— Банкротство — это позор, — отрезала Юлия Николаевна, восседая в кресле как королева. — Всю нашу семью будут гнобить.
— А если я продам свою квартиру и останусь ни с чем, это не позор?
— У тебя есть муж. У Кати — ничего.
— Юлия Николаевна, — перебила Марина, — где ваш старший сын? Почему Андрей не участвует в этом семейном совете?
— Андрей сказал, что у него ипотека, — неуверенно сказала свекровь.
— Ипотека на квартиру в центре и машина за два миллиона, — добавила Марина. — А у меня однокомнатная на окраине, и даже это нужно отдать.
В этот момент Андрей пришёл на семейный совет с женой Леной.
— Мама, я уже говорил — мы не можем помочь, — твёрдо сказал он. — Катюш, ты пыталась сама искать выход? Может, через процедуру банкротства?
— Андрей! — возмутилась мать. — Как ты можешь так говорить? Какой позор!
— Мама, что плохого в банкротстве? — спокойно спросил Андрей. — Это законная процедура. Мы не можем требовать, чтобы Марина жертвовала всем своим имуществом из-за чужих ошибок.
— Чужих?! Она твоя сестра!
— Сестра, которая полгода назад отказалась одолжить нам пятьдесят тысяч на лечение мамы Лены. Помнишь? — Андрей посмотрел на Катю. — Она сказала, что у неё нет денег.
В комнате повисла тишина.
— У неё их не было, потому что она потратила их на ещё одну сумку, — тихо добавила Лена.
Юлия Николаевна нервно теребила носовой платок.
— Хорошо, — сказал Андрей. — Тогда Катя пусть делает, как взрослые люди, — сама решает свои проблемы.
Он встал, взял Лену за руку и они ушли.
Когда старший сын ушёл, Юлия Николаевна повернулась к Марине.
— Раз старший сын отказывается помогать, а невестка жадная, делайте по-своему. Только потом не жалуйтесь, когда семья развалится. Уходите отсюда. И не возвращайтесь.
Марина встала и надела куртку. Витя сидел на стуле, уставившись в пол.
— Витя, пошли.
— Иди одна, — тихо сказал он. — Я пока останусь.
Марина почувствовала, что внутри что-то оборвалось. Она ушла одна.
Витя возвращался на рассвете и спал на диване. Так продолжалось неделю. Утром приходил домой переодеться, потом снова уходил к матери.
К концу недели Марина приняла решение.
— Витя, нам нужно поговорить. О разводе.
— Марин, не спеши…
— Я не спешу. Ты сделал свой выбор, когда ушёл к матери.
— Я пытаюсь найти выход!
— Решение уже найдено.
На следующий день она подала на развод в суде. Через месяц развод был оформлен. Витя остался жить с матерью. Катя подала на банкротство, устроилась на вторую работу и теперь выплачивала долги.
Марина сняла небольшую квартиру и продолжала сдавать свою однокомнатную. Впервые за долгое время она почувствовала себя свободной. Никто не говорил ей, что делать, и никто не требовал от нее жертв во имя «семейного единства».
Однажды вечером зазвонил ее телефон. Это был Витя.
Марина посмотрела на экран, секунду подумала и отклонила звонок.
Некоторые решения невозможно отменить.