«Сынок, я решила продать дачу. Мне уже слишком тяжело. Раньше помогал твой отец, а теперь я одна. Ты не хочешь работать в огороде, хотя почти весь урожай я отдаю тебе.
«Вот это новости! А куда же нам теперь везти мальчиков? Скоро летние каникулы, и мы с Верой хотели привезти их к тебе на всё лето. Чем они будут заниматься у тебя в квартире?»
«На всё лето? Эдик, мне уже тяжело. Давление скачет, я уже не молода. А мне придётся готовить внукам три раза в день, и не что попало, ещё и убираться за ними.
Может, они уже и большие, но до сих пор не умеют убирать за собой. А ещё и сад. Всё это тяжёлый труд. Гриша раньше помогал, а теперь я одна не справляюсь…»
«Мама, не заводись, не спеши. Давай подумаем о продаже осенью. Мы с Верой хотим отдохнуть от них этим летом. У тебя там и воздух свежий, и красота. Можешь заставить мальчиков помогать в саду, я разрешаю.»
«Не смеши меня. Твои мальчики лентяи — умеют только гулять, играть и спать. Им уже тринадцать, а всё как дети. И я должна стирать им одежду, кормить их и следить, куда ходят и с кем. Твоя дорогая Вера просила меня быть построже с ними.
Пусть приезжают максимум на неделю. А дачу я выставляю на продажу — может, кто заинтересуется.»
«Ну мам, нам это совсем не на руку. Мы рассчитываем на тебя. Вера уже смотрит путёвки на лето — мы хотим поехать за границу на месяц в отпуск, деньги отложили.»
«Возьми сыновей с собой. Вы всегда ездите без них, а им было бы интересно.»
«Они же не умеют себя вести. С ними одни проблемы.»
В тот вечер Эдик рассказал жене о решении своей матери.
«Эдик, что она придумывает? Здорова как бык! Просто не хочет сидеть с внуками — ну и бабушка! А продавать дачу — глупость! Там такие картошка, малина, помидоры растут! В магазинах такого не купишь!
Пусть бы занималась садом и внуками — чем ей ещё заниматься? Куда теперь этих оболтусов девать? Они меня уже до белого каления довели! Если бы был всего один. Как не повезло, что я родила двойню! Личной жизни никакой!
А теперь твоя мама ещё скандалит! Мне всё равно — везём мальчиков и всё! Пусть делает с ними что хочет. Я устала, мне нужен отпуск!»
«Вера, они с папой вдвоём сажали огород, а теперь ей одной тяжело. Она только недавно оправилась после его смерти. А давление всё скачет — не дай бог инсульт. Ты тогда за ней ухаживать будешь?»
«Не дай Бог! Как будто мне ещё больная свекровь нужна — даже не говори такого!»
«Тогда, может, отвезём их к твоим родителям? Они внуков редко видят, смогут вдоволь пообщаться!»
«Ты с ума сошёл? У моей мамы сердце больное, у папы диабет. Им волноваться и нервничать нельзя!»
«А моей маме можно? Она всегда соглашается, ещё и еды нам наотправляет. Твои нам никогда не помогали.»
«Ну, извини, у меня есть муж — почему они должны помогать? Ладно, что-нибудь придумаем.»
Вера решила позвонить свекрови и поговорить.
«Алла Ивановна, здравствуйте. Эдик сказал, что вы хотите продать дачу? Вам уже правда так тяжело? Вы же женщина крепкая, и не такая уж старая. Я знаю бабушек, которые и в восемьдесят копаются на грядках и ничего. А вы гораздо моложе.
А вы подумали, куда нам везти детей? Им нужен свежий воздух, природа. Все отправляют детей к бабушкам на каникулы. Я так устаю от них…»
Верочка, мне трудно одной ухаживать за огородом. Ты не хочешь помогать, хотя так любишь картошку и помидоры прямо с грядки. Я хочу немного пожить для себя. Ходить в бассейн, гулять, читать книги, смотреть телевизор. Со здоровьем у меня тоже плохо.
Я всегда рада видеть своих внуков. Можешь оставить их у меня на неделю, даже в квартире. Не у всех бабушек есть отдельный дом и дача. За все эти годы я ни разу тебе не отказала, правда?
Какая же ты эгоистка! Думаешь только о себе! У тебя один сын, двое внуков — для кого еще тебе жить? И вообще, что ты собираешься делать с деньгами от продажи дачи? Мы с Эдиком решили купить еще одну машину, для меня. С одной неудобно. Ты могла бы помочь. Тебе больше ничего не нужно.
И мне интересно, почему твои родители никогда не брали внуков к себе на лето, не помогали ни деньгами, ни продуктами. У них свой магазин и хороший доход. Пусть они помогут тебе купить машину, если вы сами не можете себе позволить.
Знаешь что! Не считай чужие деньги! Они их честно заработали, и это их право — решать, на что тратить. И не сравнивай здоровье. У моей мамы больное сердце, ей тяжело. А ты в бассейн ходишь, значит, не так уж тебе плохо!
И у меня здоровье неважное, но я редко жалуюсь. Мы с мужем всегда помогали тебе во всем!
Ну, теперь все ясно. Больше на твою помощь рассчитывать не будем. Ладно, будет по-твоему. Теперь не увидишь внуков вообще. Живи для себя и на нас не рассчитывай. Эгоистка!
Связь оборвалась. Алла Ивановна посмотрела на портрет мужа.
Ты слышал, Гриша? Оказывается, я эгоистка… Всё, что мы для них сделали, перечеркнули в один миг! Вот такого сына вырастили… Жена говорит, что хочет, а он слушает.
Без дачи и без денег я уже никому не нужна. Я сделаю так, как мне подсказывает совесть. Как считаю правильным. Ты согласен, Гриша? Хорошо.
Алла Ивановна продала дачу. Часть денег оставила себе, остальное отнесла в банк, открыв сберегательные счета на внуков.
Она стала ходить в бассейн и даже записалась на занятия фитнесом для пожилых. Она радовалась, что не послушала сына с невесткой и продала дачу.
Сын с женой обиделись, что она им ничего не дала с продажи. О сберкнижках для мальчиков они не знали. Всё равно периодически оставляли детей у неё на время отпуска, несмотря на угрозы Веры, что бабушка больше не увидит внуков. Но только на неделю, не больше. Теперь Алла Ивановна ставила свои условия.
У неё появилось много свободного времени, которое она с радостью тратила на себя. Купила путёвку в санаторий и уехала на лечение. Жизнь заиграла новыми красками! Вот такая вот эгоистка!
В нашем обществе есть стереотип, что родители должны помогать детям, внукам и даже правнукам до глубокой старости. Я знаю случай, когда родители построили сыновьям дома, дали образование, оплатили свадьбы. Потом помогали внукам, давали деньги на учёбу, телефоны и другие радости жизни.
И всё это время они себе во многом отказывали, говоря: «Не могу себе позволить, надо ещё внукам помочь на ноги встать…» А дети и внуки не возражают. Привыкли и считают это само собой разумеющимся. Даже обижаются, если помощь прекращается.