два месяца водил 56-летнюю женщину по ресторанам. Но стоило мне пригласить её к себе домой, как она тут же сбросила маску.
Пять лет назад я развёлся без всякой драмы, привык к простой холостяцкой жизни, но недавно решил, что возвращаться одному в пустую квартиру — всё-таки довольно тоскливо.
Мне 56 лет, я ещё в хорошем здравии и не растерял сил. Я зарегистрировался на сайте знакомств, надеясь найти нормальную женщину для совместной жизни. И действительно одну нашёл, по крайней мере, так мне показалось в первые дни нашего общения.
Это был самый обычный профиль, где было написано:
«Татьяна, 56 лет, вдова, ищу порядочного мужчину для серьёзных отношений.»
На фотографии она выглядела приятной женщиной, без лишней претензии, с добрыми глазами. На сайте мы довольно быстро начали переписываться. Я сразу сказал, что не готов годами переписываться и ищу настоящую женщину для реальной жизни, чтобы вместе делить быт и ездить в отпуск. Она согласилась с моим подходом, и мы встретились в центре города на следующих выходных.
Первое свидание прошло очень хорошо. Мы долго гуляли, и погода была прекрасной. Она увлечённо рассказывала о своей работе и внуках. Я внимательно слушал и кивал. Мне очень понравилось, что она была спокойной и не болтала без остановки. Я пригласил её в кафе, и мы там посидели, разумеется, за мой счёт. Я человек старой закалки и считаю, что если мужчина приглашает даму, он должен платить.
Потом начался наш классический «букетно-конфетный период». Единственное отличие — только я стабильно покупал конфеты и цветы, а время тратили оба. Каждый пятница и суббота — полная культурная программа. Я вовсе не жадный, но если сейчас подсчитать, сколько стоили мне эти два месяца активных «ухаживаний», становится немного не по себе.
Мы ходили в театр, а потом обязательно — в ресторан. Такой был график каждую неделю. То на выставку камнерезного искусства, то на концерт, то выезжали за город в курортную зону просто прогуляться и сытно пообедать на свежем воздухе.
Я всегда вёл себя как настоящий джентльмен и думал, что мы постепенно сближаемся. Она мило улыбалась, брала меня под руку во время прогулки и говорила:
«Гриша, так интересно проводить с тобой время, ты такой галантный кавалер.»
Конечно, мне это было приятно.
Тревожные звоночки на последних рядах кинотеатра
Сейчас, оглядываясь на те недели, я ясно понимаю, что по её поведению всё было очевидно с самого начала.
Во-первых, она ни разу не пригласила меня к себе домой. Ни разу, даже просто выпить чаю. Всегда находились отговорки: «Ой, у меня сейчас дома беспорядок», «Сегодня у меня ночует внучка», «Я так устала после работы, давай лучше посидим в кафе».
Сначала я думал, что она просто очень стеснительная. Одинокая женщина вполне могла отвыкнуть от постороннего мужчины у себя дома. Я не настаивал и просто ждал подходящего момента.
Во-вторых, она постоянно говорила о нашем возрасте, но очень странным образом. Когда речь шла о развлечениях, дальних поездках, ресторанах — она была невероятно молодой и энергичной. Радостно предлагала поехать на выходные в Казань и сходить там в аквапарк. Но стоило мне перевести разговор в сторону чего-то более личного или физического, она тут же превращалась в ворчливую старушку.
Однажды мы сидели в самом последнем ряду кинотеатра. Фильм был невероятно скучным, и я нежно положил руку ей на колено. Просто оставил ладонь, даже не щипал её и не лез под юбку. Она очень спокойно, но твёрдо убрала мою руку.
«Гриша, на нас смотрят.»
«Таня, здесь совершенно темно и рядом никого нет.»
«Мне всё равно, выглядит очень неприлично. Мы же не школьники.»
В то время я списывал это на строгое воспитание. Думал, может, она и правда настолько скромна и мне нужно уважать эти границы. Но уже тогда внутри меня начал точить противный червячок сомнения. Ведь мы не школьники, нам уже под шестьдесят. Объективно, у нас не так много свободного времени, чтобы месяцами играть в обиженных ханжей.
И она тоже любила говорить о своих многочисленных недугах. В этом возрасте у всех болит спина или есть проблемы с давлением — это нормально. Но она рассказывала об этом с каким-то мазохистским наслаждением. Могла провести весь ужин, описывая, как у неё простреливает в пояснице, или какие таблетки от холестерина работают лучше.
Я внимательно слушал, искренне сочувствовал и предлагал свозить её к хорошему врачу. Но когда я между делом упомянул, что два раза в неделю хожу в бассейн, чтобы поддерживать форму, она скривила губы с отвращением.
«Зачем тебе все эти физические нагрузки? Только износишь сердце. В нашем возрасте надо лежать на диване и читать умные книги, а не плавать в хлорке.»
Но я совсем не хочу целыми днями лежать на диване. Я хочу жить полной жизнью.
Момент истины и внезапные лекции о стыде
И вот вчера наконец-то наступила логическая развязка этого затянувшегося спектакля. Я твёрдо решил, что хватит. Двух месяцев более чем достаточно, чтобы понять, подходим ли мы друг другу для совместной жизни.
Мы плотно поужинали в грузинском ресторане, съели вкусные хинкали и выпили бутылку хорошего вина. Оба были в отличном настроении. Она громко смеялась и рассказывала забавные истории о коллеге по работе. Я посмотрел на неё и подумал, что вот, передо мной сидит нормальная женщина, и нет причин дальше тянуть.
Мы вышли из ресторана и сели в мою машину. На улице моросило, в салоне было тепло, играла приятная музыка. Я повернулся к ней и нежно взял её за руку. В этот раз она её не убрала.
«Таня, может, сейчас ко мне? Посидим в тишине и покое, попьём чай, послушаем музыку.»
Она напряглась вся в одно мгновение. Её милая улыбка исчезла без следа, а лицо стало совершенно каменным и чужим.
«Гриша, что именно ты этим намекаешь?»
«Я ни на что не намекаю. Я тебе говорю прямо. Ты мне очень нравишься. Я свободный мужчина, ты свободная женщина. Мы встречаемся уже больше двух месяцев. По-моему, совершенно логично, что мы захотим стать гораздо ближе.»
И именно в этот момент она выдала целую эпическую тираду о возрасте, стыде и высшей духовности, которая повергла меня в шок.
«Ты вообще понимаешь, что говоришь?» — сказала она строгим тоном, как учительница. «Это всё только для молодых и для рождения детей. А нам, старикам, зачем это нужно? Это звучит смешно и абсурдно. Представь только, как ужасно мы бы выглядели без одежды. У меня тут складки висят, у тебя там живот выпирает. Это просто отвратительно. В нашем возрасте нужно искать только духовное родство, практическую поддержку и крепкую дружбу. А ты всё думаешь об одном, как какой-то примитивный зверь.»
Я сидел и слушал этот словесный понос, и почти не мог поверить в происходящее. Значит, я грязное животное только потому, что хотел женщину, за которой ухаживал больше восьми недель.
«Таня, подожди секунду. Какой выпирающий живот? Я регулярно хожу в зал. Моя мужская физиология в полном порядке. И твоя фигура отличная для твоего возраста. Зачем ты сама себя заживо хоронишь? Кто тебе сказал, что в пятьдесят шесть жизнь полностью окончена и остаётся только это самое духовное родство?»
«Так просто принято!» — горячо возразила она. «Порядочные женщины моего уважаемого возраста нянчат внуков и сажают помидоры на грядках, а не прыгают в постели к грязным чужим мужикам. Мне было бы невыносимо стыдно перед взрослыми детьми, если бы я сошлась с мужчиной ради такого.»
В этот самый момент я окончательно сорвался. Я рассказал ей всё, что накопилось за те недели.
— Значит, ты вовсе не выбрала мужчину на всю жизнь! Два месяца ты ела вкусную еду за мой счёт, каталась с комфортом на моей машине и ходила в дорогие театры. Почему-то тебе не было стыдно принимать подарки от того самого “животного” и позволять мне молча платить за все твои культурные прихоти. Это, по-видимому, прекрасно вписывается в твое представление о духовном родстве. Но стоило мне захотеть обычной человеческой близости, как сразу стало “фу”.
Она сильно покраснела, но явно не от стыда. Это было от нарастающего гнева.
— Значит, теперь ты упрекаешь меня за съеденный кусок хлеба? Я думала, ты великодушный и настоящий мужчина, а оказался мелочным. Всё это время ты просто пытался меня купить, так? Раз ты платил за ужины, я должна бросаться тебе в объятия в ту же секунду, как ты этого захочешь?
— Не переворачивай факты, — сказал я настолько спокойно, насколько мог, хотя внутри кипел от возмущения. — Я тебя не покупал. Я ухаживал за тобой нормально. Но любые нормальные ухаживания предполагают какое-то логическое развитие и какой-то результат. Оказывается, ты просто искала удобную подругу, только с толстым кошельком и собственной машиной.
Она вылетела из моей машины пулей, захлопнув дверь так сильно, что я испугался за боковое стекло. Я не побежал за ней и не попытался что-то выяснить. Всё между нами было уже сказано предельно ясно. Я просто смотрел, как она гордо шагает к подъезду, и чувствовал обиду на себя.
Я ничего не имею против духовности и долгих разговоров. Люблю душевные беседы, хорошие книги и историю. Но я живой мужчина, и пока во мне есть физическая сила и нормальное желание, я не собираюсь записывать себя в евнухи только потому, что у какой-то Татьяны в голове железобетонные комплексы по поводу её возрастных складок.
Я стёр её номер прямо на парковке, а свой профиль удалил и с сайта знакомств. Нужно немного времени, чтобы оправиться после этого цирка.
Но я для себя твёрдо решил: в следующий раз про отношение к близости спрошу уже на первом свидании. Если услышу ещё одну лекцию про “приближение старости”, “внуков как единственный смысл жизни” и “нам уже поздно”, просто попрошу официанта разделить счёт и сразу попрощаюсь.
Как вы считаете? Я прав в этой ситуации, или предлагать близость порядочной женщине в пятьдесят шесть — это действительно ужасное оскорбление? И зачем вообще такие женщины регистрируются на сайтах знакомств, если искренне считают, что их время давно прошло?