Ника лежала в кровати и с интересом наблюдала, как по потолку танцуют солнечные зайчики. Жизнь была прекрасна: три дня назад она наконец стала женой Толика. Впереди у нее было еще два выходных и целая жизнь в объятиях любимого мужчины. Сегодня Толик впервые пошёл на работу в статусе женатого, а Ника, уставшая после свадьбы, осталась дома и планировала романтический ужин.
У молодожёнов не было денег на медовый месяц, поэтому они отложили его до лучших времён, когда заработают больше. Ужин и романтика были единственным, чем молодая жена Анатолия могла порадовать мужа сейчас, поскольку на празднование свадьбы ушло много денег. По крайней мере, им не нужно было волноваться о крыше над головой, и с деньгами не было критических проблем — скоро должна была быть зарплата.
Ника выскочила из постели, собрала волосы в высокий хвост, поспешила в душ, а затем отправилась на кухню. Бросив озорной взгляд на мятую постель, она подумала,
«На свадьбу я купила три набора безумно дорогого нижнего белья. Сегодня будет грандиозный дебют — лавандовое с серым кружевом.»
Молодая женщина заварила кофе и села на широкий подоконник, намереваясь насладиться утренним одиночеством. Но уютную тишину внезапно нарушил звонок в дверь.
Ника мельком взглянула на часы. Толик ушел всего полчаса назад. Неужели он что-то забыл? Она легко спрыгнула с подоконника и поспешила открыть дверь.
«Растяпа!»
подумала она, не подозревая, кого увидит на пороге.
Представьте себе её удивление, когда вместо мужа на пороге оказалась свекровь, Любовь Константиновна — и не одна, а с какой-то женщиной, отдалённо знакомой по свадебному торжеству.
Молодая женщина удивлённо ахнула, инстинктивно натянула на себя короткий халатик и вежливо поприветствовала гостей. Она понятия не имела, почему эта новая родственница явилась так рано и с таким выражением лица. Свекровь действительно выглядела очень сердито и озабоченно.
Не ответив на приветствие, Любовь Константиновна решительно отодвинула невестку в сторону и шагнула внутрь. Её спутница засуетилась следом, словно Пятачок за Винни-Пухом. Нике оставалось только молча, в полном недоумении, последовать за ними.
Свекровь быстро заглянула в ванную и на кухню, затем остановилась посреди единственной комнаты, уперев руки в бока.
«Ну что, Валя?» — начала она, небрежно кивнув в сторону неубранной кровати. — «Всё как я и ожидала. Кровать не убрана, посуда не вымыта, на полу крошки, а корзина для белья полна грязных вещей. Как ты это объяснишь, дорогая?»
Любовь Константиновна победоносно посмотрела на невестку, явно ожидая оправданий. Едва знакомая Валя с любопытством заглядывала из-за плеча боевой свекрови, чтобы не пропустить представление.
Но Ника только фыркнула.
«Объяснять ничего не собираюсь. А вы вообще кто, чтобы интересоваться, что и где лежит в моей квартире?» — холодно ответила она. — «Кто вас сюда звал задавать такие вопросы — да ещё с какой-то чужой женщиной?»
Любовь Константиновна удивлённо моргнула. Она познакомилась с невестой Анатолия, Никой, буквально за месяц до свадьбы, а потом видела её всего пару раз. Тогда девушка показалась ей рассудительной и совершенно безобидной.
Мать Анатолия, Любовь Константиновна, очень интересовалась, как у такой молодой девушки, как Ника, появилась собственная квартира. Ника не уклонилась от вопроса и честно объяснила, что её бабушки и дедушки с обеих сторон помогли с первоначальным взносом, а родители платили ипотеку пять лет, пока она училась в университете. Последние четыре года Ника выплачивала ипотеку сама, когда устроилась работать по специальности. Полгода назад она окончательно рассчиталась и даже сделала небольшой косметический ремонт перед свадьбой.
Тем не менее, теперь эта милая девушка вела себя грубо по отношению к Любови Константиновне и своей второй кузине. Любовь Константиновна уже объявила родственникам, что молодая пара находится под её контролем, и ситуацию нужно было спасать.
Свекровь решила изменить тактику.
« Ну, давай », — сказала она фамильярно, похлопав невестку под подбородком. « Лучше завари нам чай. В конце концов, я мать твоего мужа. »
Ника отпрянула. Непрошеные гости начинали её нервировать. Она покачала головой и сказала, что у неё нет чая и она не ждала гостей.
Лицо свекрови стало багровым.
« Ты об этом пожалеешь », — взвизгнула она. « Я сейчас же позвоню своему сыну. »
Ника пожала плечами. Если дорогая свекровь хочет испортить ей утро, кто может ей помешать?
В тот вечер рассерженный Анатолий потребовал у жены объяснений, почему она выгнала его мать.
Ника спокойно рассказала ему, как Любовь Константиновна бесцеремонно появилась в квартире буквально через полчаса после его ухода, устроила осмотр, отчитала её за немытую посуду и неубранную постель, позвав кузину в свидетели. В конце она потребовала чай, но Ника была настолько поражена такой наглостью, что просто предложила им уйти — вежливо, хотя в следующий раз церемониться не будет.
« Но это же моя мама! » — огрызнулся муж. « Как ты могла, Ника? »
Молодая женщина опешила.
Почему Любовь Константиновна решила, что имеет право врываться к ним домой просто потому, что там живёт её сын? Это было неприемлемо. Родители Ники оплатили почти половину этой квартиры, и даже они всегда заранее звонили и договаривались о визите. На каком основании свекровь врывается без приглашения?
« Мама просто очень за меня переживает », — закатил глаза Анатолий. « Ведь она меня одна растила. »
Ника рассмеялась. Такие фразы её всегда забавляли.
« Посмотри, сколько людей за окном, и каждого из них родила мать. Многие, к сожалению, тоже воспитывались одной. Конечно, им большое уважение. Но это не подвиг — это жизнь. Недаром говорят: ‘Ребёнок — гость в твоём доме. Накорми, научи и отпусти — а ещё лучше, дай ему волшебный пинок, чтобы быстрее стал самостоятельным.’ Но некоторые матери никак не могут отпустить выросших детей. Если Любовь Константиновна из таких — в этой семье будут серьёзные проблемы.»
И, как оказалось, проблемы себя ждать не заставили.
Молодожёны никогда специально не обсуждали, каким у них будет семейный бюджет. Ника платила за коммуналку, как делала и до Анатолия. Продукты молодожёны покупали вместе, а прочие покупки оплачивались то одним, то другим, без подсчёта.
Однажды, за неделю до зарплаты, Нике пришлось задержаться на работе из-за совещания. Начальник потребовал срочно закончить отчёт, и она вернулась домой поздно.
Холодильник был пуст, и ужин оказался под угрозой. Она отправила мужу список продуктов, попросив купить их по дороге домой.
« Пожалуйста, купи молоко, хлеб, макароны и что-нибудь к ним. В холодильнике пусто », — написала она в сообщении.
Толик не возражал. Он зашёл в магазин, постоял в очереди, выбрал всё по списку, добавил курицу и овощи для салата и расплатился своей картой.
Дома Ника быстро приготовила ужин. Они сели за стол. Толик похвалил еду, а затем достал телефон и показал ей чек.
« Слушай, я потратил 2 800. Переведи мне их обратно на карту », — попросил он в обычном тоне.
Ника застыла с вилкой в руке.
« Ты серьёзно? » — вот и всё, что она смогла сказать.
Толик кивнул и продолжил есть, будто не сказал ничего необычного.
« Я не рассчитал до зарплаты, а мне ещё нужны деньги на транспорт и обеды в столовой », — пояснил он.
Ника выполнила просьбу мужа, но её изумлению не было предела.
Куда Толик потратил всю свою зарплату? Его доход был, конечно, меньше, чем у нее, но не намного. Они уже давно не делали крупных покупок, и весь месяц за продукты платила она.
Ника предложила подсчитать их текущие расходы. Ведь если он всегда к получке оставался без денег, об отпуске на теплом море можно было забыть.
Супруги сели рядом и начали считать расходы в банковском приложении, пункт за пунктом. Они даже добавили кофе навынос и булочки, купленные в подземном переходе. Но сумма все равно не совпадала с их зарплатами. Где-то исчезла довольно солидная сумма — почти четверть ее оклада или треть мужа.
Ника напряженно нахмурилась, стараясь вспомнить, куда могли уйти эти деньги. И вдруг Толик усмехнулся.
— Мы забыли посчитать те деньги, которые я отдал маме.
Глаза жены расширились.
— И почему, интересно, мой дорогой муж спонсирует свою маму? — возмутилась Ника.
— Ну, я всегда так делал, — невинно объяснил Анатолий. — Раньше давал больше, а теперь — только около трети зарплаты.
Ника возразила.
— Раньше в этом был смысл. Толик жил с мамой. Конечно, надо было давать деньги на продукты, коммуналку и другие хозяйственные нужды. Но зачем отдавать их сейчас? Он уже давно не живет с мамой.
— Но ей не хватает своей зарплаты.
— Ты знаешь, как сейчас дорого стоят лекарства? — продолжил Толик.
Ника замолчала в шоке.
Любовь Константиновна была стройной, живой женщиной пятидесяти двух лет. Какие лекарства? Она никогда не пропускала йогу или бассейн, всегда выглядела безупречно и часто хвасталась дорогими поездками за границу. И даже дураку было понятно, что финансовому аналитику в строительной компании платят отнюдь не копейки.
Прижатый к фактам, дорогой муж вдруг начал огрызаться.
— А что я, по-твоему, должен делать, если мама позвонит и попросит перевести двадцать или тридцать тысяч?
Ника опешила.
Отказать, конечно. Помогать нуждающимся родителям — одно дело, но мама Толика к таким не относилась. Она не то что не нуждалась — жила сама по себе вполне комфортно. Деньги сына были для нее простой прихотью.
Почему Толик не понимал, что Ника вышла за него замуж, потому что хотела семью и детей? Но на что бы они жили, когда она уйдет в декрет, если муж будет продолжать спонсировать свою маму?
В общем, слово за слово, разгорелась настоящая ссора. Настолько, что рассерженный Анатолий в порыве выдал:
— Не знаю, Ника. Мы женаты только второй месяц, а уже ссоримся из-за денег. Мне это совсем не нравится.
Ника задумалась. Ей это тоже категорически не нравилось. Но они были взрослые люди, и вместо ссор им нужно было договариваться.
На следующий день молодая женщина приготовила вкусный ужин, чтобы поговорить с мужем без истерик. К тому же красивый комплект белья пудрового цвета ждал своего часа, и он точно не оставил бы Анатолия равнодушным.
Толик согласился с доводами жены. Он непременно поговорит с матерью, объяснит, что у него теперь своя семья и новые обязательства, и что Любовь Константиновна больше не будет получать денег на походы в рестораны с подружками. Другое дело, если — не дай бог — со здоровьем случится беда. Тогда да, они с Никой соберут нужную сумму.
Анатолий даже пошел к маме для серьезного разговора.
Но на следующей неделе Ника случайно подслушала телефонный разговор любимого мужа. Судя по его лицу, мама снова просила деньги, и 35 000 тут же волшебным образом были сняты с их общего счета. Потом еще 15 000. И еще 10 000.
Ника молча наблюдала за тем, как счет опустошается, и не пошевелила и пальцем, чтобы это остановить.
В конце месяца произошло то, что должно было случиться: счет полностью опустел, и денег не осталось даже на еду.
«Ника, на что ты потратила свою зарплату?» — муж схватился за голову.
Жена саркастически фыркнула.
«Я отправила 50 000 своим родителям. Они бронировали отель в Египте и им немного не хватало.»
О, как расстроился Толик! Он так огорчился, что начал допрашивать жену, когда её родители вернут долг. Ведь он хотел есть, а им было не на что жить.
Но Ника только засмеялась.
«Как только Любовь Константиновна вернёт свои долги нашему семейному бюджету, мои родители тоже найдут в себе силы поступить так же.»
«Ты это нарочно?» — вспыхнул её муж, точно ужаленный.
Нике пришлось объяснить, что у неё не было злого умысла. Родителям понадобились деньги, и она им помогла. Разве это запрещено? Ведь деньги отправлялись маме Толика по первому зову — любую сумму, какую захотела. Так почему её родителям нельзя помочь?
Толик по-настоящему рассердился. Он схватил спортивную сумку, набросал туда какие-то вещи и ушёл к матери. Там его хоть накормят.
С тех пор он больше не звонил жене.
А в субботу Любовь Константиновна сама явилась к Нике домой.
«Я сразу поняла, что у вас ничего не получится. Ты слишком жадная», — ядовито объявила она, таща вещи Анатолия, тщательно собранные невесткой, к входной двери.
Ника сияюще улыбнулась, толкая оставшуюся коробку ногой в ту же сторону.
«Я вам скажу ещё кое-что, Любовь Константиновна», — произнесла она медовым голосом. «Если вы не перестанете опустошать карманы Анатолия, у него ни с кем не получится. Ни одна нормальная женщина не согласится на крошки с мужниной зарплаты, пока его мамочка живёт в роскоши и швыряет деньги. Так что если хотите выдать драгоценного сына замуж, поумерьте аппетит.»
Почти бывшая родственница плотно сжала губы и истерично начала нажимать на кнопку лифта. Но, похоже, сегодня был не её день. Лифт не собирался освобождаться, весело мигая красным огоньком.
«Хотя бы помоги донести вещи до такси», — прорычала несостоявшаяся свекровь невестке, застывшей в проеме двери.
Но Ника лишь оскалилась хищной улыбкой, демонстрируя идеально ровный ряд зубов. Великолепным футбольным ударом она отправила почти забытую в спешке коробку в общую кучу, издевательски поклонилась и скрылась в квартире, аккуратно закрыв за собой дверь.