«Я мужчина в самом расцвете сил, а тебе уже 45 — радуйся, что я тебя выбрал»: 60-летний жених пришёл свататься с пустыми руками и был шокирован моей реакцией
Знаешь, что самое удивительное в женщине, перешагнувшей сорокалетний рубеж? Это непоколебимая уверенность некоторых людей в том, что она обязательно должна жить в состоянии вечного тихого отчаяния.
Если у тебя есть хорошая работа, уютная квартира, взрослый самостоятельный ребёнок, но нет штампа в паспорте — всё, ты обречена. В глазах общества ты должна хвататься за любые брюки в радиусе одного километра, даже за самые сомнительные.
Именно такими размышлениями руководствовалась моя давняя знакомая Нина Николаевна, когда решила устроить мою личную жизнь. Она звонила мне три дня подряд, расхваливая некто Аркадия.
По её словам, он был не мужчина, а настоящий подарок с небес. Шестьдесят лет, но выглядел на пятьдесят! Умный, не пил, имел своё жильё на окраине города и дачу, где ‘всего и не хватало, что женской руки’.
Нина Николаевна так настойчиво его расхваливала, что из вежливости и простого любопытства я согласилась с ним познакомиться.
Мы договорились, что он придёт ко мне на чай в субботу вечером. Я не стала готовить официальный ужин, но испекла мой фирменный яблочный пирог — просто потому что привыкла принимать гостей как положено. Я надела удобное, но элегантное платье, заварила чайник и ждала.
Ровно в шесть зазвонил дверной звонок. Я открыла дверь и сразу поняла: вечер будет незабываемым.
Аркадий стоял на пороге. Его тонкие, редеющие волосы были аккуратно зачёсаны набок, чтобы скрыть появляющуюся лысину. На нём был пиджак, хорошо помнивший моду начала 2000-х, и брюки, гармошкой собравшиеся над тяжёлыми ботинками. Но больше всего моё внимание привлекли его руки.
Они были совершенно пусты. Ни цветка, ни коробки конфет к чаю, даже самой скромной шоколадки. Мужчина, пришедший к женщине домой на первое свидание, не счёл нужным проявить ни малейшего знака внимания.
Вместо этого его лицо выражало такую доброжелательность и снисходительность, будто он принёс мне себя в подарок, и этого должно было быть более чем достаточно.
— Марина, я полагаю? — сказал он, оценивающе оглядывая меня с головы до ног, как будто выбирал мясо на рынке.
— Ну, ты неплохая. Держишься хорошо. Нина не соврала.
В уме я чуть не задохнулась от такой наглости, но воспитание взяло верх. Я пригласила его на кухню и предложила сесть. Аркадий устроился за столом как у себя дома, широко расставив ноги и оперев локти о скатерть.
Когда я поставила перед ним тарелку с ещё тёплым яблочным пирогом и налила чай, он даже не поблагодарил. Просто подтянул к себе тарелку и начал жевать, рассказывая о себе.
О, это был сольный спектакль. Я узнала, что бывшая жена его не ценила, дети звонили только когда нужны деньги, а современные женщины стали слишком меркантильными. Он всё говорил о том, как трудно найти домашнюю спутницу, которая бы не требовала походов по ресторанам и бессмысленных трат на всякие букеты.
В этот момент я бросила взгляд на его пустые руки, жалко лежавшие рядом с моей чашкой, и всё стало на свои места.
— Понимаешь, Марина, — сказал он, переходя на «ты», доедая второй кусок пирога. — Мне нужна уютная женщина. Такая, чтобы борщ варила, рубашки гладила и летом на даче грядки полола. У меня и огурцы, и помидоры… Дел полно. Вот, присматриваюсь.
Я сидела напротив него, пила свой чай и слушала этот поток сознания, и мне внутри поднималось не возмущение, а некое научное изумление. Передо мной сидел мужчина, который всерьёз верил, что я в сорок пять, с устоявшейся жизнью и любимой работой, мечтаю ехать на его дачу полоть грядки в обмен на честь стирать ему рубашки.
— Аркадий, — мягко прервала я его. — Зачем мне всё это? У меня есть своя жизнь, свои интересы. Я не люблю дачи и глажу только свои рубашки. С какой стати мне волочить твой быт на себе?
Он застыл с чашкой, зависшей над столом. На его лице отразилось искреннее непонимание, быстро сменившееся раздражением.
— С какой целью? — ухмыльнулся он, откинувшись на спинку стула. — Ты себя в зеркало видела? Тебе сорок пять. Твои часы не просто тикают — они давно уже не звенят. Кому ты сейчас нужна со своими интересами?
Он наклонился вперёд, понизив голос до доверительного, но глубоко снисходительного тона.
«Я мужчина в самом расцвете сил, свободен, без вредных привычек. А ты в критическом возрасте. Радуйся, что я вообще предложил. Мог бы найти кого помоложе. Тридцатилетние за мной сами бегают. Но Нина попросила присмотреться к тебе. Она сказала, что ты тихая, покорная женщина.»
В кухне повисла звонкая тишина. Я посмотрела на этого «мужчину в расцвете сил», который едва уловимо пах нафталином и дешёвыми одеколонами. Я посмотрела на крошки от моего пирога на его старомодном пиджаке.
Не было ни истерик, ни криков. Вдруг мне это показалось смешным — так смешно, что я не смогла сдержать улыбку.
«Аркадий», — сказала я, вставая из-за стола, спокойно взяла его пустую тарелку и понесла к раковине. — «Похоже, твой расцвет сил скис.»
«Что?» — моргнул он, не ожидав такого поворота.
«Я говорю, что вечер окончен. Было очень поучительно послушать лекцию о моей никчёмности в собственном доме, за своим столом, пока ты ел мой пирог. Но боюсь, эти тридцатилетние красавицы уже ждут тебя у подъезда. Я не посмею больше задерживать тебя.»
Я вышла в прихожую и открыла входную дверь. Аркадий ещё несколько секунд сидел на кухне, видимо, переваривая информацию. Потом он тяжело поднялся и, громко топая ботинками, вышел в коридор.
«Ну надо же, принцессу из себя нашла», — пробормотал он, надевая пиджак. — «Ты ещё пожалеешь. Приползёшь на коленях, но будет поздно. Кому ты нужна, старая…»
«До свидания», — сказала я, закрывая за ним дверь до того, как он успел договорить, и повернула ключ в замке.
Прислонившись к двери, я расхохоталась. На следующий день я вежливо, но твёрдо запретила Нине Николаевне когда-либо заводить разговор о сватовстве для меня.
В тот вечер, наливая себе бокал вина, я подумала, насколько искажено у некоторых мужчин восприятие реальности. Приходят с пустыми руками, зато с целым возом требований и жалоб.
Они искренне верят, что само их присутствие — величайшая награда, ради которой женщина должна забыть себя, свои желания и своё достоинство.
Знаешь что? Я лучше попью чай одна, чем буду обслуживать чужое раздутое эго, застрявшее где-то в прошлом веке.
Тебе когда-нибудь попадались такие «дары судьбы»? Как ты реагируешь, когда кто-то говорит, что твой поезд ушёл, и надо хвататься за первый попавшийся вагон?