«Открой немедленно!»
Кулаки стучали по металлической двери с такой силой, что по раме пробежала лёгкая дрожь. Рита отложила ноутбук, нехотя встала с дивана и посмотрела в глазок. Лариса Сергеевна бушевала на лестничной площадке.
Рита отодвинула засов.
«На кой чёрт ты поменяла замки?!» — сразу накинулась свекровь, врываясь в прихожую.
Женщина шумно втянула воздух. Её дорогое шерстяное пальто было расстёгнуто, шёлковый шарф криво обвивался вокруг шеи, а в руках она сжимала огромную пустую клетчатую сумку для покупок. Такую обычно берут на оптовый рынок. Она явно пришла за имуществом.
«Здравствуйте, Лариса Сергеевна», — сухо ответила Рита, преграждая проход в коридор. — «Снимайте обувь, если заходите».
«Я сюда не на чай пришла!» — прорычала свекровь, но всё же встала на коврик и с презрением сняла сапоги.
«Где ключи Витеньки? Он вчера приходил за зимней резиной, а ключ не подходит! Ты что затеваешь?»
Рита лишь коротко рассмеялась.
Витя, тот самый «ребёнок» тридцати шести лет, собрал вещи ровно месяц назад. Он заявил, что быт его сожрал, жена больше не вдохновляет, а вообще он встретил настоящую любовь. Любовь была двадцати двух лет, работала баристой в модной кофейне у бизнес-центра и носила нелепые шляпы. Рита не плакала. Она вручила мужу два чемодана, помогла запихать туда его свитера, проводила и утром вызвала слесаря.
«У Вити больше нет ключей от этой квартиры», — ровно сказала Рита.
«И зимней резины у него тоже нет. Машину он оставил мне в счёт невыплаченного кредита. Мы это обсуждали».
«Как это у него нет ключей?» — воскликнула Лариса Сергеевна, оттолкнув невестку плечом и прошагав на кухню как к себе домой.
«Это его дом! Семейное гнездо! Он вправе приходить сюда, когда захочет».
«Он сделал выбор месяц назад. Пусть строит гнездо в кофейне».
Свекровь упёрла руки в бока. Сумка с шорохом сползла на плиточный пол. Острый взгляд Ларисы Сергеевны скользнул по столешнице, задержался на дорогой кофемашине, двинулся к микроволновке.
«Меркантильная дрянь! Как выгонять мужика — ты впереди всех, а как делить квартиру — замки меняешь? Так не пойдёт!»
Рита опёрлась плечом о дверной косяк. Ситуация, наконец, прояснилась. Видимо, все эти годы Витя рассказывал матери красивую сказку о том, как он, великий добытчик, тянет ипотеку и тащит семью на себе.
«Квартира куплена в браке, и Витенька надорвался ради этого!» — продолжала свекровь, расхаживая по кухне.
«Половина его! Он ушёл благородно только с одним чемоданом, потому что тебе жалко стало. А теперь мультиварку даже не даёшь забрать!»
«Где готовить — у него есть».
«В той съёмной квартире старая плита! Витеньке нужна нормальная еда, у него гастрит с института!»
Лариса Сергеевна подошла к кухонному шкафу и дёрнула за провод той самой мультиварки.
«Поставьте обратно», — беззвучно сказала Рита.
«Не поставлю! Это мой сын купил!»
«Вы ошибаетесь, Лариса Сергеевна. И по поводу техники, и по поводу квартиры».
«Нет, это ты ошибаешься!» — перебила её женщина, повысив голос так, что чашки затряслись на сушилке.
«Я сейчас полицию вызову, и мы эту дверь с петель снимем! Думаешь, я законов не знаю? Совместно нажитое имущество делится пополам!»
Не было смысла спорить с женщиной, которая свято верила в непогрешимость своего сына. Рита знала этот тип. Лариса Сергеевна всю жизнь носилась за Витей: сначала вытаскивала его из армии, потом избавляла от уплаты алиментов первой жене. Теперь история повторялась.
«Мы подадим на тебя в суд!» продолжала теща.
«Завтра же найму адвоката!»
«Пожалуйста. Только зря потратишь деньги.»
Рита оттолкнулась от дверного косяка, вышла в коридор, открыла ящик комода и достала синюю пластиковую папку. Она подготовила документы заранее, зная, что этот визит неизбежен.
«Что ты там копаешься?» — крикнула свекровь из кухни.
«Давай сюда ключи! И сегодня мы забираем кофемашину. Его бариста… эта ваша Лерочка… она любит хороший кофе. Они не будут пить растворимый из пакетиков!»
Рита вернулась на кухню. Она достала из папки сложенный лист бумаги с синим штампом и положила его на стол прямо перед свекровью.
«Читай.»
Лариса Сергеевна подозрительно взглянула на невестку. Она достала из кармана пальто роговые очки, надела их на нос и наклонилась над столом.
«Что за каракули?»
«Это выписка из реестра недвижимости. А под ней копия дарственной», — пояснила Рита.
Глаза свекрови бегали по строчкам. Алый цвет на щеках стал быстро спадать. Она перевернула одну страницу, потом другую, разглядывая синие официальные печати.
«Какая еще дарственная?» — пробормотала она, теряя весь напор.
«Причем тут вообще дарственная?»
«Самая обычная. От моего дедушки. За полтора года до того, как я сделала глупость и вышла за твоего сына.»
«Но Витя же говорил…» — голос Ларисы Сергеевны дрогнул.
«Он говорил, что ты платишь ипотеку… Он тридцать тысяч каждый месяц отдавал!»
«Витя много чего говорил. А эти тридцать тысяч он платил по своему потребительскому кредиту, который брал на мотоцикл.»
«Какой мотоцикл?» — изумленно уставилась женщина.
«Тот самый, который он удачно разбил во дворе по соседству. Мотоцикла нет, а кредит остался. Ипотеки тут никогда не было.»
Лариса Сергеевна застыла, отчаянно перечитывая бумагу. Ее идеальный сын оказался не только обманщиком, но и выдумщиком, который годами пускал матери пыль в глаза, живя припеваючи на имуществе жены.
«Но как…» — Лариса Сергеевна вцепилась в край стола, ища хоть какой-то аргумент.
«Вы же были семьей. Мы тут делали ремонт! Обои в прихожей клеили! Сантехнику меняли! По закону это улучшение жилищных условий! Ему положена доля!»
Рита усмехнулась. Свекровь явно нахваталась знаний из телевизионных ток-шоу.
«Ремонт оплачивал мой отец. Все чеки из строительных магазинов у меня в этой же папке, и все оплачены с моей банковской карты.»
«Витя сам клал плитку в ванной!»
«Витя во время ремонта лежал на диване и жаловался на аллергию на строительную пыль. Плитку клал подрядчик, и договор тоже на мое имя.»
Лариса Сергеевна замолчала. От уверенности, с которой она пять минут назад стучала в дверь, не осталось и следа. Медленно она сняла очки и убрала их обратно в карман.
«А мультиварка…» — слабо попыталась она, кивая на прибор.
«Это подарок от моих коллег на юбилей. Хочешь покажу чеки на телевизор и стиральную машину?»
«Ты не смеешь так разговаривать со старшими!» — попыталась она сохранить достоинство, поправляя шарф.
Получилось жалко и неубедительно.
Рита достала телефон из кармана домашних брюк и посмотрела на экран.
«Лариса Сергеевна. Вы сейчас на моей частной собственности против моей воли. Либо берите свою клетчатую сумку и уходите сами, либо я вызываю полицию.»
Свекровь бросила на неё тяжёлый, полный ненависти взгляд. Она попыталась найти слова для последнего укола, чтобы доказать, что Рита в итоге останется старой девой с котами, но никаких аргументов не нашлось. Документы перевесили любую истерику.
Молча она подняла свою пустую сумку с пола, повернулась и ушла в коридор. Она яростно натянула сапоги, даже не застёгивая их.
«Подавись своей квартирой!» донёсся её голос с площадки.
«Витенька найдёт кого получше! Кого-то с нормальным характером!»
Рита молча захлопнула дверь и дважды повернула ключ в замке.
Тишина в квартире казалась оглушительной и очень приятной. Рита вернулась на диван, открыла ноутбук и спокойно продолжила работать.
К вечеру зазвонил телефон. На экране высветилось «Папа».
«Ну как дела, дочь?»— прозвучал в трубке глубокий голос отца.
«Замки поменяла?»
«Поменяла, пап. Уже сегодня прошли боевое крещение. Лариса Сергеевна пришла с огромной сумкой. Хотела унести половину техники и требовала ключи для Вити.»
Отец тяжело хмыкнул в трубку с другой стороны.
«Я же говорил тебе сохранять чеки на стройматериалы. Семью я их знал. Ты что ей сказала?»
«Ничего особенного. Я показала ей документы. Она расстроилась, что её сын пять лет врал ей про ипотеку, а на самом деле платил кредиты за игрушки.»
«Хорошо. Держись. Если этот мерзавец сам появится, сразу звони мне. Я приду и поговорю с ним по-мужски.»
«Я сама справлюсь, пап. Спасибо.»
Прошло четыре дня.
Рита возвращалась из супермаркета с двумя туго набитыми пакетами. На улице доставал противный ноябрьский дождик, а ветер пробирался за воротник куртки. Подходя к подъезду, она заметила знакомую сгорбленную фигуру, сидящую на скамейке под козырьком.
Витя сидел там, втянув голову в плечи, курил. Рядом стоял знакомый серый чемодан — один из двух, с которыми он месяц назад триумфально ушёл в новую жизнь.
Рита вздохнула, поставила пакеты на мокрый асфальт и достала магнитный ключ.
«Ритуля!» — Витя вскочил, поспешно бросив окурок в лужу.
«Привет. Я тебя ждал.»
«Вижу. Чего тебе нужно?»
Он попытался улыбнуться своей фирменной виноватой улыбкой. Раньше это срабатывало безотказно, когда он проигрывал деньги на ставках или забывал забрать её после корпоратива. Но сейчас он выглядел всего лишь измятым и жалким.
«Нам надо поговорить. Пустишь меня внутрь? Тут холодно, я замёрз.»
«Мы всё обсудили месяц назад. Говори здесь, или я иду наверх.»
Витя переступал с ноги на ногу, поглядывая на свой серый чемодан.
«Ритуля, я совершил ошибку. Со всеми бывает, да? Кризис среднего возраста и всё такое. Я понял, что совершил огромную ошибку.»
Рита скрестила руки на груди, игнорируя холодные капли, стекавшие по её спине.
«Что случилось, Витя? Твоя Лерочка оказалась не такой вдохновляющей?»
Он поморщился, будто от зубной боли, и махнул рукой.
«Она слишком молодая, глупая, правда. Всё, что ей нужно — вечеринки, кафе.
Вообще не умеет готовить, в квартире всегда бардак, вещи раскиданы.
Я ей говорю, хочу уюта, домашнего тепла, настоящего борща. А она начинает рассуждать о каких-то выставках современного искусства.»
«Какая трагедия.»
«Она ещё потребовала делить аренду квартиры пополам! Представляешь?»— возмутился её бывший муж.
«Говорит, если партнёры — вкладываемся поровну. А где мне сейчас такие деньги найти? Машину я тебе оставил, теперь везде на автобусах езжу.»
«Действительно», — сухо ответила Рита.
«Значит, решил вернуться в бесплатный санаторий с трёхразовым питанием.»
«Почему ты такая жесткая?» — Витя подошел к ней, пытаясь поймать ее взгляд.
«Мы же семья. Мы столько лет жили вместе. Я вчера ходил к маме, и она устроила огромный скандал на весь подъезд.»
«Неудивительно.»
«Она говорит, что я ее унизил перед тобой из-за этой квартиры. Зачем ты показала ей выписку на жилье?»
«Она теперь вообще со мной не разговаривает, просто бросает трубку. Говорит, что мне надо идти туда, где я прописан.»
«А я прописан у отца в деревне, а там топить печку надо!»
«Я показала ей выписку, чтобы она не утащила мой мультиварку в своей клетчатой сумке.»
«Ритуля, ну давай, забудем всё это», — заныл он, игнорируя её иронию.
«Я принес свои вещи. Я изменился, клянусь. Больше никаких Лерочек, никаких гулянок.
Будем жить как раньше, в полной гармонии. Я даже начну искать новую работу, с понедельника.»
Рита посмотрела на этого взрослого мужчину. В тридцать шесть лет он всё ещё прятался от ответственности то за маминой юбкой, то за женой, то за молодой баристой. Он совершенно не изменился. Он просто искал место потеплее, где его накормят, и где за жильё не надо платить.
«Больше никогда не будет как раньше, Витя.»
«Да ладно, Ритуля, не торопись. Я твой муж!»
«Бывший муж. Документы на развод уже поданы. Через две недели мы будем официально разведены.»
«Ты даже не представляешь, что делаешь!» — Витя внезапно сменил тон.
Виноватая улыбка исчезла, её сменила знакомая раздражённость.
«Упрямая дура!»
«Вот теперь похоже на правду.»
«Кому ты будешь нужна в тридцать четыре?» — резко выпалил он, брызгая слюной.
«С твоим противным характером! Всё время ворчишь! Пожалеешь ещё, приползёшь просить обратно!»
«Обязательно», — кивнула Рита.
«Начну ползти завтра.»
Она подняла свои пакеты с продуктами с асфальта.
«Твоя зимняя куртка осталась в том чемодане. Надень её, а то простудишься. Куда пойдёшь — к маме или к друзьям — решай сам. Но сюда ты больше не войдёшь.»
Рита нажала на кнопку домофона. Дверь запищала и открылась.
Она вошла в тёплый, ярко освещённый подъезд, оставив бывшего мужа стоять под дождём рядом с серым чемоданом. Дверь плавно закрылась за ней, отрезав уличный шум.
Поднимаясь в лифте, она подумала, что ей действительно стоит купить новую кофеварку. Старая совсем износилась, а пить по утрам хороший кофе, не слушая чьи-нибудь жалобы на тяжёлую жизнь, оказалось удивительно приятно.
Что вы думаете об этой истории? Напишите в комментариях на Facebook.